Константин Тирронен
Картограф песцовых нор
Мурманская область
Кольский полуостров
Мурманская область
Кольский полуостров
007/100
В середине прошлого века кольских песцов было тысячи. Сегодня — несколько десятков. Константин Тирронен, биолог из Карельского научного центра РАН, при поддержке Президентского фонда природы отправится на Кольский полуостров выяснять, можно ли помочь арктической лисе.
Константин Феликсович Тирронен — руководитель лаборатории зоологии Института биологии Карельского научного центра РАН (ИБ КарНЦ РАН).
Родился 23 мая 1982 года в посёлке Деревянка Карельской АССР. В 2004 году окончил эколого-биологический факультет Петрозаводского государственного университета. В 2009 году защитил кандидатскую диссертацию по теме «Крупные хищные млекопитающие Карело-Мурманского края (экология, управление, охрана)».
В Институте биологии КарНЦ РАН работает более 20 лет, руководит лабораторией с 2015 года. Специалист по генетике и экологии крупных хищных млекопитающих — бурого медведя, волка, росомахи, а также кольской популяции песца. Изучением и сохранением кольского песца занимается с 2017 года.
С 2020 по 2025 год был представителем Евразии по бурому медведю в Совете Международной ассоциации по изучению и сохранению медведей (International Bear Association). Действительный член Международного союза охраны природы (МСОП) как участник группы по медведям (Bear Specialist Group).
Автор более полусотни статей в научных журналах и монографий. Участник и руководитель зоологических и комплексных экспедиций на Кольский полуостров и в Карелию. Занимается полевыми исследованиями, применением спутниковых снимков для картирования следов жизнедеятельности животных, изучением популяционно-генетической структуры зверей — тем, как связаны между собой разные группы животных и как устроена популяция в целом.
В середине XX века численность кольского песца (Vulpes lagopus) оценивалась в 1–2 тысячи особей. Это арктическая лисица, самая западная материковая популяция вида в России. Обитает на Кольском полуострове (Мурманская область). Сегодня, по данным исследователей, осталось лишь несколько десятков взрослых животных.
Основная причина сокращения — не охота (она давно прекратилась), а климатические изменения. Из-за глобального потепления нарушились регулярные циклы численности многих мелких млекопитающих, но особенно леммингов — основной добычи песца.
Последние системные исследования кольского песца проводились в 1930-х годах. Данные о местах обитания, численности и угрозах виду полностью устарели.
Для решения проблемы при поддержке Президентского фонда природы запущен проект «У последней черты? Тающая популяция песца Кольского полуострова»: в этом году проводятся экспедиции по поиску и картографированию норовищ (выводковых нор, где у песцов появляется потомство), создаются актуальные карты ключевых местообитаний.
ВЫВОДКОВЫЕ НОРЫ
Песец использует одни и те же норы поколениями — десятками, а иногда и сотнями лет. Разрез такой норы даёт палеоархив на тысячелетия.
БЕЛЫЙ И ГОЛУБОЙ
У песца бывают белая и голубая (тёмно-серая) цветовые формы. На Кольском полуострове доля голубых традиционно была несколько выше, чем в других частях ареала.
РАЗМНОЖЕНИЕ ПО СИТУАЦИИ
Если пищи (леммингов) мало, самка песца может вообще не приступать к размножению и пропустить год. Это редкая стратегия для млекопитающих.
Песец (Vulpes lagopus)
Охранный статус:
В Красной книге Мурманской области «Вид, находящийся под критической угрозой исчезновения», CR.
География обитания:
Циркумполярный вид, встречается в арктических, типичных и горных тундрах. На Кольском полуострове населяет главным образом северо-восток.
Ключевые характеристики:
Популяция сокращается. Современная численность на полуострове составляет несколько десятков взрослых животных.
Вес взрослых животных2-9 кг
Длина тела45-75 см
Длина хвоста25-50 см
Окрас:
Зимой мех снежно-белый, иногда с желтоватой примесью, летом — дымчато-буровато-серый. «Голубые» формы — от светло-серых до почти чёрных, после линьки сохраняют общий тон окраски, теряя только пышность зимнего меха.
Скорость/подвижность:
Дальние миграции для песцов обычное дело, но иногда цифры этих перемещений могут быть просто удивительными. Норвежские исследователи снабдили GPS-передатчиком молодую самку песца 1 марта 2018 года на Шпицбергене, а 1 июля того же года она обосновалась на острове Элсмир (Канада), преодолев за это время почти 4500 км.
Рацион/питание:
Песцы, живущие вдоль морских побережий, во многом существуют за счёт «подарков» моря и разоряя колонии птиц. Зверьки, населяющие тундру, живут, охотясь на мелких млекопитающих, собир ая яйца птиц, и могут кормиться на тушах погибших оленей или других крупных животных, если им предоставляется такой случай.
Размножение:
Щенки появляются в начале лета, а из нор начинают выходить в конце июня. Приплод обычно состоит из 2–6 детёнышей, но иногда, в особо удачные годы, их может быть больше 10. Оба родителя заботятся о детёнышах, но ближе к зиме семья распадается.
Продолжительность жизни:
В природе песцы живут около 5 лет, а в неволе могут жить дольше 10.
«Удовольствие получаешь, когда собрал все данные, проанализировал — у тебя уже была какая-то гипотеза, идея — и вот ты видишь наконец результат своего труда. Он появляется в журнале или монографии. Ты делишься с коллегами, получаешь отклик. Результат оценили, послушали, процитировали. Это приносит удовлетворение»
Константин Тирронен
Картограф песцовых нор
— Константин, почему песец? Почему он вдруг стал важным?
— Последние исследования кольского песца проводились в начале 30-х годов прошлого века. Всё, с тех пор никто их не изучал. Его ближайший родственник — скандинавский песец — оказался на грани исчезновения, наши соседи им занимаются уже более 80 лет. Мы решили посмотреть, что с нашим. Оказалось, он тоже на грани. И мы можем потерять одного из типичных обитателей Арктики в европейской части нашей страны навсегда. А между тем он живёт здесь с момента схода последнего ледника, вероятно последние 8–10 тысяч лет.
— Есть сведения, сколько их осталось?
— В начале прошлого века на территории Мурманской области добывали до 300 особей в год. Мех песца высоко ценился. Он тёплый, лёгкий и красивый — особенно голубого песца, которого на Кольском полуострове было больше, чем во многих других частях ареала. И это только добыча, то есть численность была существенно выше. В середине 60-х численность оценивали приблизительно в 1–2 тысячи экземпляров. После этого никаких оценок не проводилось. Наши работы с 2017 года показывают: сейчас это лишь несколько десятков взрослых. Сколько точно — сказать невозможно: провести широкомасштабные учёты на всей территории Кольского полуострова — задача непосильная.
«Сохранением природы занимаются обычно по велению души. Я с детства увлекался книгами о путешествиях и изучении природы. Фарли Моуэт, Эрнест Сетон-Томпсон, Григорий Федосеев, Олег Куваев — читал всех подряд. Есть своя романтика в этом — биологии, геологии»
Константин Тирронен
Картограф песцовых нор
— Охота — это проблема? Кто-то на них охотится сейчас?
— Нет. Прямой антропогенный фактор в виде охоты можно откинуть в сторону. Уже долгие десятилетия песца никто не трогает, промысел не в едётся.
— Тогда что случилось? Почему их почти не осталось?
— Наши скандинавские коллеги приходят к выводу: основные причины — климатические изменения. Главное среди всего — исчезновение леммингов. Это основная пища песца.
— Что местные жители рассказывают? С какими заблуждениями встречаетесь?
— Среди местных жителей посёлков Мурманской области часто встречается мнение: «Раньше мы ставили капканы на куропатку — а теперь их всех сожрал песец». Но это, конечно, неправда.
— Кто даёт деньги на вашу работу?
— Время от времени я получал небольшие гранты на экспедиционные исследования. Были отдельные частные инициативы — например, помогали компании, которые занимаются туристической рыбалкой на Кольском. Логистика здесь, на севере, безумно дорогая, транспортное сообщение полностью отсутствует. Без поддержки — никак. Нынче выиграл грант от Президентского фонда природы на проект «У последней черты? Тающая популяция песца Кольского полуострова».
«Мы должны чувствовать ответственность перед будущими поколениями и перед миром, в котором живём»
Константин Тирронен
Картограф песцовых нор
— На средства этого гранта что конкретно будете делать?
— Я работаю со спутниковыми снимками. Ищу объекты, которые могут быть норовищами — местами, где песец выводит потомство. Каждое такое норовище — крайне важный объект для сохранения песца, потому что вокруг нор и формируется популяция. Многие поколения животных родились и выросли в этих норовищах. Это как родовые поместья. Сохранение и нанесение на карту каждого такого объекта крайне важно.
— Фотоловушки ставите?
— Это было бы здорово, но пока не получается. Формат экспедиции — физически тяжёлое мероприятие. Тащить на себе ещё и лов ушки, идти с ними сотни километров — непозволительная роскошь. У нас был неудачный опыт в 2022 году: поставили фотоловушки на норовище, ждали следующего года, а когда вернулись... Песцам скучно, играть нечем — вот они и развлекались с ловушками. Одну мы так и не нашли, вторую разгрызли. Нужно их ставить в металлические боксы и надёжно крепить. Но на себе это всё не унесёшь. Такие исследования должны выполняться с хорошей технической поддержкой. А мы даже вездеходы позволить себе не можем.
— Если виноват не человек, а климат, то вообще нужно ли спасать песца?
— Вы знаете, это сложный вопрос. Если основная причина — глобальные климатические изменения, то, получается, песец исчезает по естественным причинам. И когда мы прикладываем усилия, чтобы его восстановить, мы слегка нарушаем естественный порядок вещей. С одной стороны, вроде должны сохранить этот исконный элемент Арктики. С другой — наше участие получается несколько непрошеным. Я пока не созрел до ответа. Но всё-таки, наверное, какую-то ответственность мы должны чувствовать. Перед будущими поколениями и перед миром, в котором мы живём.
— То есть, если ничего не делать, наши внуки увидят песца только на сувенирах?
— На самом западе в европейской части России это реальная перспектива.
— Если бы у вас было достаточно средств, что бы вы сделали в первую очередь?
— Хотелось бы за один сезон попасть на все известные и отмеченные мной норовища и собрать материал. Особенно когда уже появляются детёныши. А ещё давно мечтаю организовать стационар где-нибудь на востоке Кольского полуострова, чтобы там можно было вести самые разные исследования: оценивать динамику экосистем, чтобы работали разные специалисты — ботаники, болотоведы, энтомологи, да хоть археологи, смотреть на текущие изменения в разрезе 10 тысяч лет. Без стационара это невозможно.
— А долгосрочные планы? Что дальше?
— Абсолютно точно буду продолжать. Есть масса вопросов, которые пока остаются открытыми. Например, генетические взаимоотношения между семьями — как они друг с другом связаны, как выстроена популяционная структура. Я, наверное, ещё в самом начале пути. Картирование норовищ, выяснение пригодных мест — работы непочатый край. Останавливаться не собираюсь.
Среди местных жителей посёлков Мурманской области часто встречается мнение: «Раньше мы ставили капканы на куропатку — а теперь их всех сожрал песец». Но это, конечно, неправда
Автор текста: Сизова Марина
Автор фото: Константин Тирронен, Александр Мазуров
Читайте также другие истории хранителей
Охранный статус:
География обитания:
Ключевые характеристики:
Окрас:
Скорость/подвижность:
Рацион/питание:
Размножение:
Продолжительность жизни:
